Главная Университет Университет в СМИ При тяжелом течении COVID-19 иммунная система убивает вирус и вместе с ним больного — доцент кафедры БГМУ

При тяжелом течении COVID-19 иммунная система убивает вирус и вместе с ним больного — доцент кафедры БГМУ

COVID-19 по-прежнему вызывает массу вопросов не только у рядовых граждан, но и у специалистов. Вырабатывается ли у перенесших коронавирусную инфекцию стойкий иммунитет? Можно ли заболеть ею повторно? Что необычного отмечают в COVID-19 ученые? В чем сложность создания вакцины? Об этом и многом другом корреспондент агентства «Минск-Новости» беседует с кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры микробиологии, вирусологии, иммунологии БГМУ Дмитрием Черношеем.

Дмитрий Черношей

— Дмитрий Александрович, что сегодня уже можно сказать об иммунитете перенесших COVID-19? Вырабатывается ли он после заболевания и насколько сильный?

— Иммунитет у переболевших COVID-19, безусловно, формируется — и гуморальный (предполагающий появление антител в жидких средах — крови, лимфе, слюне), и клеточный. В этом смысле нет каких-то отличий от других коронавирусных инфекций (MERS и SARS) и вирусных заболеваний в целом. После 10–14 дней у пациентов с COVID-19 чувствительными методами можно обнаружить антитела. Но вот сколько их, как долго они находятся в крови после выздоровления, насколько они протективны (способствуют защите), еще неясно. Пока научные данные говорят о том, что антитела формируются против нескольких антигенов (чужеродных или потенциально опасных веществ. — Прим. авт.) и пребывают в организме 3–4 месяца, а потом их уровень постепенно снижается.

— Можно ли повторно заразиться COVID-19?

— Однозначного ответа пока нет. Это зависит от многих факторов. Во-первых, от концентрации антител, которые сохраняются в организме после перенесенного заболевания. Во-вторых, от изменчивости вируса. Коронавирус пока нестабилен, он находится в процессе адаптации к новым хозяевам. Доказательство этого — его распространение прямо на глазах на домашних собак и кошек. Насколько COVID-19 способен меняться в человеческой популяции, пока неясно. В-третьих, еще не совсем понятна физиология вируса, возможность хронической инфекции, ее продолжительного пребывания в организме. При небольшой вирусной нагрузке COVID-19 и известных проблемах диагностики (наличии ложно позитивных и ложно негативных результатов) нельзя говорить о действительно повторных заражениях. В какой-то мере помогает тестирование антител против COVID-19, которое применяется все шире. Их наличие — доказательство того, что организм встречался с вирусом. Пока непонятна и роль особенностей организма человека: возможно, повторное заражение COVID-19 допустимо только у пациентов со скрытыми, ранее не проявлявшимися (компенсированными) проблемами иммунной системы. Кроме того, еще нет данных об идентичности вируса при реинфекции —это тот же вирус или уже мутировавший.

Всегда ли повторное заражение одним и тем же агентом протекает легче?

— Зачастую да. Но есть исключения. Иммунная система работает как единое целое, и в идеале все ее механизмы должны быть сбалансированы. Тогда мы способны отразить атаку. Но при тяжелом течении COVID-19 именно иммунная система убивает вирус и вместе с ним больного. Слишком сильная реакция на инфекцию приводит к развитию шока, массированного поражения легких и летальному исходу. Каким будет ответ на вторжение опасного возбудителя, зависит от генетики — и его самого, и пациента, а также от дозы вируса и многих других факторов.



Действительно ли должны переболеть 50–70 % населения, чтобы возник коллективный иммунитет? Почему он так важен?

— Да, коллективный иммунитет вырабатывается, когда бóльшая половина населения страны перенесет инфекцию. Заболевание новых лиц приводит к все большей адаптации агента к носителю — это называется патогенностью или вирулентностью. Патогенность возбудителя в ходе развития эпидемии обычно возрастает, и по достижении какого-то уровня он начинает поражать даже людей с сильным иммунитетом. Коллективный иммунитет не дает вирусу увеличить свою вирулентность. В результате люди с хорошим иммунитетом, даже встретившись с COVID-19, не заболеют или перенесут его в легкой форме. Если прослойка людей, иммунитет которых способен противостоять вирусу, составляет более 50 %, то проще защитить от него восприимчивых лиц.

Специалисты отмечают, что большинство пожилых людей переносят коронавирус гораздо тяжелее, чем молодежь и дети. Это объясняется прежде всего разницей в состоянии иммунитета?

— У молодежи иммунная система лучше, чем у детей и стариков, ресурсов у организма больше. При прочих равных условиях молодые обычно сопротивляются болезни дольше, а также лучше и быстрее восстанавливаются, чем пожилые, особенно при наличии у последних хронических патологий. У детей иммунная система не настроена, как следует, они часто болеют и нуждаются в защите, потому их и вакцинируют от ряда опасных инфекций. Более тяжелое течение COVID-19 у возрастных пациентов объясняется, по-видимому, еще и экспрессией клеточных рецепторов для вируса. С годами их становится больше, поэтому COVID-19 успешнее находит подходящие клетки-мишени и быстрее размножается.

— Однако есть примеры, когда 100-летние мужчины и женщины выздоравливают после пневмоний, вызванных COVID-19, а молодые и люди трудоспособного возраста умирают.  

— На основании этого нельзя делать научные выводы. Чтобы получить точную картину, нужно накапливать статистику, изучать анамнез больных. Опасность в том, что предварительные предположения ученых становятся достоянием общественности. Население часто воспринимает эту информацию не критично и начинает самостоятельно защищать себя, скупая имбирь, лимоны, чеснок. Это касается и официальной медицины. Медикаменты (гидроксихлорохин, хлорохин) применяются потому, что ничего безусловно эффективного пока нет. Независимые хорошо оснащенные научные центры продолжают исследования, со временем они наверняка многое прояснят.

Вопрос о происхождении вида — пришел ли он из окружающей среды или искусственно создан в лаборатории — остается открытым. Наш иммунитет одинаково настроен отражать атаку тех и других?

— Наша иммунная система реагирует на любые антигены — и природные, и синтезированные. Генетики и биологи не создали пока ни одного микроорганизма с нуля, они только модифицировали уже имеющиеся. Многие естественные возбудители (например, туберкулеза, малярии) обладают большим потенциалом патогенности, и наша иммунная система с переменным успехом справляется с ними.

— Что необычного отмечают в COVID-19 вирусологи?

— Использование рецептора, характерного для очень широкого спектра хозяев: и земноводных, и пресмыкающихся, и птиц, и млекопитающих. Этот рецептор незначительно изменяется в процессе развития, он очень консервативен. Это означает широкие возможности для эволюции вируса. Неприятный момент — его способность распространяться воздушно-капельным путем. Птичий грипп, новые парамиксовирусы не передавались таким образом. Будет ли COVID-19 развиваться, останется ли циркулировать среди людей и животных, неясно.

Над созданием лекарств от COVID-19 работают во многих странах. Как скоро оно может стать доступным?

— Многие препараты уже тестируются и приближаются к этапу коммерческой реализации. Среди них не только химические вещества, но и генетические продукты, моноклональные антитела. Разрабатывается и вакцина. И американцы, и россияне к осени уже обещают начать ее производство. Об эффективности говорить рано.

В Интернете уже можно встретить сомнения и опасения по поводу применения вакцины от COVID-19. Имеют ли они, на ваш взгляд, под собой основания?

— С вакциной не все просто. Повторяю: особенности противокоронавирусного иммунитета полностью не изучены. Антительные вакцины предназначены для того, чтобы перехватывать вирус и не давать ему соединяться с новыми клетками, что должно резко уменьшить или полностью исключить смертельные исходы. Но по антителам предварительные выводы противоречивы. Одни ученые настаивают на том, что высокий уровень антител связан с легким течением коронавирусной инфекции. Другие доказывают противоположное: чем выше уровень антител, тем тяжелее протекает заболевание и выше степень летальности. А есть и те, кто отрицает связь между этими факторами. Тем не менее применение плазмы перенесших COVID-19 улучшает состояние большинства пациентов. Это позволяет надеяться на то, что антительные вакцины будут эффективны.

— Весь наш разговор вращается вокруг иммунитета. Но большинство граждан, уверена, не знает, каково у них состояние этой системы организма. Как ее можно оценить?  

— Есть два подхода — прямой и косвенный. Для прямого оценивания способности иммунитета к защите от COVID-19 надо заболеть коронавирусом. Как вы понимаете, это непопулярный метод. Альтернатива — исследовать механизмы иммунной системы с помощью лабораторных тестов. Если они окажутся в норме, значит, иммунитет в порядке. Однако проблема в том, что слаженная работа системы вовсе не обязательно обеспечивает защиту против конкретного возбудителя. Именно поэтому мы прибегаем к вакцинации, например, против полиомиелита, кори, туберкулеза, дифтерии и т. д. Попытки как-то (например, с помощью иммуномодуляторов или продуктов питания) подстегнуть иммунитет в период распространения опасной инфекции чаще всего безуспешны. Бóльший эффект могут обеспечить здоровый образ жизни и санитарные меры предосторожности: использование антисептиков, ношение масок, соблюдение социальной дистанции.

— Многие специалисты считают, что XXI век станет веком вирусов и нынешняя пандемия не последняя. Вы согласны с такой точкой зрения?

— Да. Объяснение этому — в агрессивном воздействии людей на окружающую среду, которое приводит к ее модификации. Создаются дополнительные возможности для адаптации вирусов и бактерий к человеческой популяции.

COVID-19 — отчетливый звонок: мы должны пересмотреть свое отношение к природе. Нынешняя пандемия — проверка способности мирового сообщества реагировать на новые вызовы и угрозы. Наработанный опыт наверняка нам еще пригодится.

Минск-Новости, 3 июня 2020

 

 Поделитесь