Главная Университет Университет в СМИ В погоне за мутациями. Гестоза

В погоне за мутациями. Гестоза


Фото носит иллюстративный характер. Из архива «МВ». 
Фото носит иллюстративный характер. Из архива «МВ».

Если у нынешней бабушки, в молодости ожидавшей рождения ребенка, был токсикоз, а у ее беременной дочки — гестоз, то какой диагноз поставить внучке, оказавшейся в интересном положении? Правильный ответ: преэклампсия.

Самое любопытное в этой загадке то, что во всех 3 случаях речь идет об одной и той же патологии, которая характеризуется нарушением взаимодействия между плодным яйцом и материнским организмом. Классическая триада симптомов — отек, протеинурия и гипертензия. Просто в разные времена названия отличались. 

В Беларуси заканчивается период, когда врачи по старинке диагностируют гестоз. Вскоре, по примеру других стран, обновятся клинические протоколы диагностики и лечения в акушерстве и гинекологии; тогда наши медики станут использовать современный термин — преэклампсия. 

Смысл в «игре слов» есть, поскольку меняется не только классификация, но и представление о природе патологии, а стало быть, и подходы к диагностике, профилактике и лечению. От «токсикоза» в 70-х годах прошлого века отказались потому, что со временем выяснилось: дело, по большому счету, не в токсинах. Гестоз — вообще термин «ни о чем», даже забавный для обозначения болезни: gestatio в переводе с латинского — вынашивание, беременность. Т. е., надо понимать, беременность — болезнь. А вот с эклампсией все ясно: в переводе с древнегреческого — вспышка, внезапное возникновение. Термин в мире используется для классификации острой формы патологии. Соответственно, преэклампсия — форма легкая, предшествующая.

Впрочем, пока не произошла официальная «смена вывески», будем придерживаться действующей классификации. 

Именно гестоз фигурирует в отраслевой научно-технической программе «Здоровая мать — здоровое дитя — сильное государство», которая в 2013–2015 годах выполнялась совместно сотрудниками кафедры акушерства и гинекологии БГМУ, специалистами РНПЦ «Мать и дитя» и учеными Института генетики и цитологии НАНБ. Речь шла о разработке комплексного метода диагностики и лечения позднего гестоза, чтобы снизить удельный вес репродуктивных потерь, преждевременных родов и досрочных родоразрешений по экстренным показаниям. Тема завершена, а интересные исследования продолжаются. 

— Нашей задачей было выявить генетическую предрас­положенность женщин к развитию гестоза, — поясняет профессор кафедры акушерства и гинекологии БГМУ доктор мед. наук Елена Барановская. — Пока нельзя сказать, что ответ на вопрос получен. Но уже собран интересный материал по генетическим вариациям, который обрабатывается статистически и осмысливается. Когда будет существенно пополнена база данных, с помощью клиницистов, генетиков, иммунологов и биохимиков сможем подготовить четкие рекомендации практической медицине. Конечно, предрасположенность к развитию гестоза сопряжена с несколькими генами. Но пока мы тестируем мутацию одного из них — отвечающего за метаболизм фолиевой кислоты (витамина В9). Предполагается, что он имеет отношение к развитию гестоза. Подтверждение тому — факт, что прием фолиевой кислоты за 3 месяца до зачатия (рождение ребенка однозначно должно быть планируемым) и в 1-м триместре беременности предупреждает развитие аномалий плода, минимизирует осложнения. 

Доказано, что В9 уменьшает содержание аминокислоты гомоцистеина в крови, тем самым предотвращая патологию эндотелия. 

При повышенном содержании гомоцистеина нарушается тонус сосудистой стенки, ее проницаемость, повышается склонность к тромбообразованию, в т. ч. в формирующейся плацентарной системе. А это предрасполагающий фактор для развития гестоза. Измерив концентрацию гомоцистеина, мы, в случае отклонения от нормы, можем рекомендовать прием фолиевой кислоты, витаминов группы В не в профилактической дозе, а в более высокой, но точно рассчитанной… 

Когда удастся составить «генетический портрет» гестоза, борьба с ним значительно упростится. Женщине сделают анализ крови и скажут, какова опасность недуга и что предпринять, чтобы минимизировать последствия сбоя генетической программы. 

Но уже сегодня, считает Елена Барановская, даже без исследования генотипа есть ответы на многие вопросы. Например, априори тревогу вызывает повышенное артериальное давление. Когда женщина с артериальной гипертензией беременеет, у нее почти гарантированно формируется гестоз. В таком случае ни генетическое тестирование, ни прием фолиевой кислоты ситуацию не поправят. Останется только одно — прибегнуть к паллиативной помощи.

И без генетического анализа известно, что к развитию гестоза предрасполагают лишний вес и сахарный диабет. Кроме того, если гестоз был во время предыдущей беременности, то высока вероятность его повторения. 

На бытовом уровне существует предубеждение, что гестоз (ради ребенка, которому лекарства могут навредить) нужно просто перетерпеть, не лечить, он без последствий исчезнет после родов. Это не так. И лечить нужно, и последствия легкомысленного отношения женщины к здоровью — своему и малыша — могут быть тяжелыми (включая нарушения функции почек, печени, сердца и головного мозга).

— Даже в стационаре все сводится к патогенетической и симптоматической терапии, — уточняет Елена Барановская. — О серьезности многих случаев говорит то, что пациенток с тяжелыми формами мы лечим в отделении реанимации Городского клинического роддома № 2 Минска, где находится клиническая база кафедры. С более легкими проявлениями — в отделении патологии беременных или в обсервации (2-м акушерском). Гестоз закладывается на ранних сроках беременности, и, пока она продолжается, избавиться от патологии невозможно. Цель врача — минимизировать проявления, не допустить прогрессирования, избежать тяжелых осложнений для матери и плода, сделать все, чтобы женщина выносила ребенка. 

Каждый день, неделя продленной беременности приближают к физиологическому сроку родов, улучшая прогноз для новорожденного. 

Говоря о долговременных последствиях нелеченного гестоза, нужно отметить, что он пагубно влияет на организм матери и плода. Когда нарушается транспорт питательных веществ, ухудшается иммунная функция плаценты, плод получает меньше кислорода, гормонов. При длительной хронической гипо­ксии — начинает отставать в росте. При выраженной гипертензии у матери может произойти преждевременная отслойка плаценты, тогда возникнет острая гипоксия плода вплоть до его гибели. 

Поэтому гестоз считают тяжелой патологией. Застраховаться от него нельзя, но грамотно подготовиться к зачатию и регулярно обследоваться, выполняя все врачебные предписания, — реально.

Дмитрий Патыко
Фото: Евгений Креч
Медицинский вестник, 29 февраля 2016

 

 Поделитесь